Тема Ответов Просмотров Дата Ответ от
Где найти курсовую 2 74287 19 марта 2010 18:36 Андрей10
Откуда реферат? 1 10679 19 марта 2010 18:33 Андрей10
Ваша специальность 0 10074 19 марта 2010 18:23 Поганка
Кто заказывал дипломы 10 31802 19 марта 2010 18:18 Поганка
Недоработанный диплом 2 13149 16 марта 2010 10:36 Наденька
 
|
Категория: Курсовые
 
Оглавление

Введение 3
Глава 1. Понятие залога 4
1.1. Правовая природа залога 4
1.2. История развития залога 10
Глава 2. Договор о залоге 17
2.1. Существенные условия договора о залоге 17
2.2. Виды залога 21
Глава 3. Последствия неисполнения договора о залоге 25
3.1. Обращение взыскания 25
3.2. Реализация залога 31
Заключение 35
Список литературы 37

Введение

Институт залога существует в отечественном праве уже не одно десятилетие. Но в последние годы он переживает своеоб¬разное второе рождение. Дело в том, что в условиях плановой экономики, отсутствия коммерческого кредитования, запреще¬ния обращения взыскания на основные фонды предприятий институт залога не мог получить должного развития. Поэтому в доперестроечное время залог существовал, по сути дела, лишь номинально.
Положение кардинально изменилось с началом реформ кон¬ца 80-х — начала 90-х годов. Развитие рыночных отношений невозможно без адекватной правовой базы. В силу этого зна¬чительно возрастает роль обязательственного права, в том числе способов обеспечения исполнения обязательств.
Следствием этого явилось принятие в 1992 г. Закона Россий¬ской Федерации «О залоге», а также принятие в ноябре 1994 г. части первой Гражданского кодек¬са Российской Федерации, которые регулируют институт залога.
Объект исследования – залог.
Предмет исследования – особенности залоговых правоотношений.
Цель исследования – изучить особенности залоговых правоотношений.
Для реализации цели необходимо решить следующие задачи:
- изучить правовую природу залога;
- рассмотреть историю развития залога;
- проанализировать существенные условия договора о залоге;
- рассмотреть основные виды залога;
- проанализировать понятия «обращение взыскания» и «реализация залога».

Глава 1. Понятие залога

1.1. Правовая природа залога

Среди всех способов обеспечения исполнения обязательств особое место занимает залог имущества. Как гласит Закон Российской Федерации «О залоге», залог – это способ обеспечения обязательства, при котором кредитор-залогодержатель приобретает право в случае неисполнения должником обязательства получить удовлетворение за счет заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами за изъятиями, предусмотренными законом [10, 3].
Залог - это один из классические гражданско-правовых институтов, имеющих многовековую историю, кото¬рые берут свое начало в римском праве.
В первый период развития залога в римском праве преобладали интересы кредитора. Имущество должника (например, закладываемое имение) передавалось по манпипации в собственность залоговому кредитору. Одновременно между сторонами заключалось соглашение, по которому залоговый кредитор принимал на себя обязанность в случае своевременной уплаты долга возвратить предмет залога должнику. При этом должник в большей степени, чем это было необходимо, обеспечивал долговое обязательство, передавая в собственность кредитору свое имущество. Такие от¬ношения могли строиться только на доверии (fides). Поэтому этот вид зало¬га получил наименование фидуции. Фидуциарные договоры залога сохра¬нили свое значение и в настоящее время, например в англо-американском праве.
Залог в форме фидуции продолжал существовать и в классическую эпоху римского права, но преобладающее развитие получили иные формы залога: пигнус (pignus) и ипотека (hypotheca). При залоге в форме пигнуса должник, так же как и при фидууии, передавал в целях обеспечения обязательства свое имущество кредитору, но не в собственность, а во владение последнего. Сам же должник с согласия залогового кредитора мог сохра¬нить право пользования вещью, например, в качестве арендатора.
Дальнейший шаг в развитии поземельного залогового кредита соста¬вил институт, сложившийся в Риме, видимо, под влиянием восточного пра¬ва (Греция и Египет) и носивший греческое наименование ипотеки. В отличие от пигнуса при ипотеке к залоговому кредитору не переходило право владения заложенным имуществом, которое сохранялось за должником. Римское ипотечное право не устанавливало регистрации ипотеки в государственных органах, вопросы, связанные с перезалогом одного и того же имущества, старшинством залогодержателей, обычно решались в соглашеении об ипотеке.
Основным правом залогового кредитора в случае неисполнения должником обязательства в установленный срок являлась продажа заложенного имущества (ius distrahendi). Даже если соглашение о залоге содержало за¬прет продажи заложенного имущества, залоговый кредитор все же мог его реализовать после трехкратного предупреждения должника. В некоторых случаях, если это было предусмотрено соглашением сторон, залоговый кредитор получал право оставить заложенную вещь за собой. Однако Должнику предоставлялась возможность в течение двухгодичного срока выкупить свое имение, перешедшее таким образом в собственность кредитора (например, при Юстиниане). Римскому праву были известны и залог права требования, и перезалог, и залог складов и магазинов с товарами (аналог современного залога товаров в обороте) [1, 492-504; 18, 340-341].
Вместе с тем необходимо отметить, что российские цивилисты - исследователи римского права делали различные выводы относительно природы залоговых отношений в римском праве и как следствие предлагали различные подходы к оценке правовой природы залоговых прав по российскому гражданскому праву. Дискуссии по этому поводу в юриди¬ческой литературе продолжаются уже свыше ста последних лет, однако до настоящего времени в доктрине этот вопрос не получил своего разре¬шения.
Отсутствие единого взгляда на природу права залога среди дореволюционных цивилистов во многом предопределялось несовершенством дей¬ствовавшего тогда законодательства. Анализируя правила о залоге, содержавшиеся в законодательстве, Анненков делает вывод: «Очевидно, что от¬сутствие в нашем законе общих постановлений о залоге, как общем спосо¬бе обеспечения всех обязательств, представляется крупным недостатком его, значение которого усугубляется еще тем обстоятельством, что в нем имеются еще особые частные правила об обеспечении им займа, делаемого в кредитных установлениях, изложенные как в общем Уставе Кредитном, так и частных уставах различных кредитных установлении, определяющие притом иначе права залогопринимателя - кредитного установления, чем определяются права залогопринимателя лица частного общими законами, чем вносится двойственность в существо залога, представляющегося на самом деле единым институтом права. Как это последнее обстоятельство, так равно и то, что закон общий определяет неодинаково права залогопри¬нимателя при залоге имущества недвижимого и при закладке имущества движимого, а также права залогопринимателя лица частного и казны, де¬лают довольно затруднительным установление прежде всего самого опре¬деления залога». При таком положении, отмечает Анненков, «нет ничего удивительного в том, что цивилистами нашими даются и различные ему определения». Так, по мнению Мейера, залог как один из способов обеспечения обя¬зательств состоит в том, что лицо, имеющее право залога, при неисправно¬сти должника по договору вправе получить удовлетворение от выручки от продажи той вещи, которая служила предметом залога, почему залог и представляется уже как бы правом на чужую вещь. Кавелин определял залог и заклад как способы обеспечения обязательств, суть которых заклю¬чается в том, что в случае неисполнения обязательства взыскание обраща¬ется на имущество, составляющее предмет залога и служившее обеспече¬нием его исполнения [18, 340-341].
Шершеневич также относил право залога к вещным правам. Он писал: «Залоговым правом признается право на чужую вещь, принадлежащее верителю в обеспечение его прав требования по обязательству и состоящее в возможности исключительного удовлетворения из ценности вещи». Шершеневич выделял три характерных признака залогового права. Во-первых, залоговое право является вещным правом, относящимся к группе прав на чужую вещь. Вещный характер его обнаруживается из того, что, имея сво¬им объектом вещь, оно всюду следует за нею, независимо от права собст¬венности на нее, которое может переходить от одного лица к другому. Во-вторых, залоговое право представляет собой право на чужую вещь, так как только ценность чужого имущества может служить обеспечением права требования. Поэтому предметом залога не может быть собственная вещь, и приобретение права собственности на вещь, состоящую в залоге того же лица, прекращает залоговое право [20, 240-243].
Подводя итоги имевшей место в юридической литературе конца прошлого века дискуссии по поводу природы залогового права, Анненков замечает, что различия между взглядами российских цивилистов проявляют¬ся главным образом в том, что, по мнению некоторых из них, залог пред¬ставляет собой право, приближающееся к праву личному (т.е. обязательст¬венному), между тем как, по мнению других, напротив, залоговое право должно быть почитаемо безусловно за право вещное, а по мнению третьих, оно хотя и должно быть характеризуемо как право вещное, но что такой его характер в законе представляется невыдержанным. Сам же Анненков пола¬гал, что следует склониться к признанию за правом залога «скорее характе¬ра права личного, чем вещного с некоторыми разве немногими чертами последнего, заключающимися... в том, что при обращении взыскания на заложенное имущество оно имеет силу против третьих лиц, а также в том, что им ограничивается право собственника заложенного имущества на рас¬поряжение им» [18, 340-341].
Говоря о дискуссии дореволюционных российских цивилистов, целью которой было выяснение правовой природы залогового права, нельзя обой¬ти вниманием позицию Хвостова, и в особенности ее аргументацию, кото¬рая, по моему мнению, представляется наиболее полной, позволяющей выявить сущность залогового права. Отвечая на поставленные им же вопросы (какова же пра¬вильная конструкция залогового права? что представляет из себя залог в тесном смысле слова, залог, имеющий своим предметом телесную вещь?), Хвостов отмечал, что главной опорой воззрения, согласно которому зало¬говое право есть право вещное, является то обстоятельство, что залоговое право, подобно другим вещным правам, пользуется абсолютной защитой. Залоговый кредитор имеет иск против всякого держателя заложенной вещи о выдаче ему этой вещи для продажи в целях погашения долга, обеспечен¬ного залогом. Этот иск сходен с другими вещными исками, а потому и за¬логовое право представляется правом вещным. Однако вещные права име¬ют еще и другие, общие им всем свойства, которых мы не находим в зало¬ге. Собственность, сервитута и все иные вещные права предоставляют сво¬ему субъекту возможность длительного господства над вещью, которое с начала до конца имеет один и тот же характер (отличается равномерно¬стью). Вещные права предоставляют своему субъекту возможность про¬должительного непосредственного воздействия на вещь. Между тем при залоге нет именно этого длительного, равномерного и непосредственного воздействия субъекта права на вещь. Право кредитора-залогодержателя сводится к тому, что он может воспользоваться вещью только при неуплате долга. Во время существования долга залоговое право приводит только к известной связанности вещи; уплатой долга связанность эта уничтожается. Ничего подобного нельзя наблюдать в отношении вещных прав.
В случае неуплаты долга залоговое право кредитора реализуется в известном распоряжении имуществом, которое продается для покрытия дол¬га. Однако в этом смысле положение залогового кредитора весьма сходно с положением обычного кредитора в необеспеченном обязательстве, который также вправе обратить взыскание на имущество должника в целях удовлетворения своих требований [21, 329-334].
Хвостов понимал, и я соглашусь с ним, что одних этих соображений недостаточно для того, чтобы обосновать обязательственный характер залогового права. В этих целях необходимо ответить еще на один вопрос: кто является должником по обязательству, которое содержится в залоге?
Вопрос, кто может быть должником при залоге (если признать залог правом обязательственным), рассматривается Хвостовым с позиции конструкции прав и обязанностей, непрямым образом связанных со своим субъ¬ектом, предложенной Беккером. Речь идет о непрямой связи субъективного права и обязанности с лицом, когда субъектом права или обязанности ста¬новится то лицо, которое вступает в известное юридическое или фактиче¬ское отношение, например, делается владельцем или собственником какой-либо вещи, с которой уже связано известное право или обязанность. В этом случае вещь является посредствующим звеном, при помощи которого пра¬во или обязанность связываются с субъектом (предиальный сервитут, предъявительская ценная бумага и т.п.). С этой точки зрения можно ска¬зать, что при залоговом праве должником признается всякий держатель заложенной вещи. «Вещь является тем медиумом, через посредство кото¬рого обязательство связывается со своим должником».
Итогом же рассуждении Хвостова о правовой природе залога явилось данное им определение понятия залогового права, которое, на наш взгляд, не утратило своего значения и в настоящее время: «Залог есть обязательст¬венное право требования, при котором личность должника, обязанного уп¬латить заключающийся в залоге долг, определяется держанием заложенной вещи, а заложенная вещь является тем объектом, который в той или иной форме отвечает за неуплату этого долга» [21, 329-334].

1.2. История развития залога

Если говорить об истории развития залогового права в России, то можно обратиться к исследованию этого вопроса, проведенному Шершеневичем, который, как уже отмечалось, являлся последовательным сторонни¬ком вещно-правовой концепции залога. Так вот, Шершеневич оспаривал мнение, высказанное Мейером, о том, что древнее русское залоговое право представляло собой, подобно римской fiducia, не что иное, как отчуждение права собственности в пользу кредитора с сохранением за должником пра¬ва выкупа в случае своевременного погашения долга. Он отмечал, что при рассмотрении закладных грамот того периода обнаруживается, что приобретение права собственности кредитором отнесено к моменту просрочки, а не установления залога. Относительно движимых вещей в XVI столетии встречается попытка изменить взгляд, по которому право залога должно с просрочкой должника превратиться в право собственности верителя, и при¬знать за залоговым правом характер лишь права на чужую вещь. Шершене¬вич подчеркивает, что по закону 1557 г. кредитор, имеющий в залоге дви¬жимую вещь, обязан был в случае просрочки предупредить должника о возможности лишиться вещи. Если же и после этого долг не будет уплачен, кредитор должен был при свидетелях продать залог для удовлетворения своих прав и возвратить излишек суммы собственнику вещи. При недоста¬точности вырученной от продажи суммы для покрытия долга и процентов должник продолжал ответствовать перед кредитором в недостающей сумме [20, 240-243].
Затем в истории российского залогового права был период, когда в случае неплатежа должником в срок своего долга заложенные вещи, как движимые, так и недвижимые, обращались в собственность кредитора. По закону 1635 г. при просрочке должника просроченная закладная обраща¬лась в купчую крепость и по просьбе кредитора недвижимое имение справ¬лялось за ним в поместном приказе. Однако уже в XVII в. залог в России приобрел черты обязательственного. По закону 1737 г. был изменен и по¬рядок взыскания по закладным: залоговое право уже не превращается в право собственности, а заложенная вещь подлежит продаже с публичного торга. Если вырученная от продажи сумма превысит размер долга, то оста¬ток возвращается собственнику заложенной вещи. Только с изданием в 1800 г. Банкротского устава для недвижимости утвердилась окончательно обязательная продажа с публичных торгов. Относительно движимости законодатель сохранил, как остаток прежнего порядка, правило, по которому заложенная вещь может остаться за кредитором, если только должник не потребует продажи. В последнем случае продажа заложенной вещи за сум¬му ниже размера долга дает кредитору право требовать недостающей сум¬мы с прочего имущества [2, 7-12].
Иначе развивалось залоговое право в зарубежном законодательстве. В большинстве правовых систем залог признается разновидностью вещных прав, что выражается, в частности, в том, что при несостоятельности (бан¬кротстве) должника по обязательству, обеспеченному залогом, имущество, служащее предметом залога, не включается в конкурсную массу (видимо, как не принадлежащее должнику), а удовлетворение требований обеспе¬ченного кредитора за счет заложенного имущества осуществляется в обыч¬ном порядке, а не в порядке конкурсного кредитора.
Залог движимого имущества по англо-американской правовой системе осуществляется в двух формах: pawn (plede) и mortgage. В первом случае залог сопровождается передачей имущества во владение залогодержателя. Вторая форма залога представляет собой фидуциарную сделку, по которой кредитор становится собственником закладываемой вещи. Однако при вы¬полнении должником обеспеченного залогом обязательства он обязан вновь перенести право собственности на залогодателя. При неисполнении должником обязательства кредитор-залогодержатель вправе также потре¬бовать передачи ему вещи во владение и продать ее с публичных торгов для удовлетворения своих требований.
Несмотря на то, что основное право кредитора по обеспеченному залогом обязательству в странах континентальной Европы состоит в принудительной продаже заложенного имущества и в преимущественном удовле¬творении своих требований за счет выручки от продажи предмета залога, например, по французскому праву кредитор может с разрешения суда и на основании экспертной оценки оставить вещь за собой для погашения долга. В Германии в рамках залоговых отношений практикуется т.н. обеспечи¬тельное присвоение (Sicherungstibereignung). При этом применяется конст¬рукция фидуциарной сделки, в силу которой кредитор становится собст¬венником предоставляемого ему в обеспечение предприятия, остающегося в эксплуатации должника, и обязан вновь перенести право собственности на должника-залогодателя в случае исполнения им обеспеченного залогом обязательства [1, 504-544; 2, 7-12; 9, 233-234].
По современному российскому гражданскому законодательству, залоговое право представляет собой обязательственное право. Об этом свидетельствует, в частности, и структурное расположение норм о залоге в Гра¬жданском кодексе Российской Федерации: правила о залоге помещены в параграфе 3 «Залоге гл. 23 «Обеспечение исполнения обязательств» подраздела 1 «Общие положения об обязательствах» раздела III «Общая часть обязательственного права». В разделе же II ГК «Право собственности и другие вещные права» отсутствуют какие-либо нормы, регулирующие за¬логовые отношения.
Обязательственно-правовой характер залога подтверждается также включением в текст Кодекса некоторых особых правил, регламентирую¬щих залоговые отношения.
Во-первых, в соответствии с п. 1 ст. 336 ГК предметом залога могут быть не только вещи но и имущественные права (требования). Как извест¬но, имущественное право само по себе в качестве самостоятельного объек¬та ни при каких условиях не может служить предметом вещных прав.
Во-вторых, договором о залоге либо законом может быть предусмот¬рен залог вещей и имущественных прав, которые залогодатель приобретет в будущем (п. 6 ст. 340 ГК). Иными словами, залоговое право может быть установлено на будущую вещь, в отношении которой не может быть установлено ни право собственности, ни любое другое вещное право со стороны какого-нибудь субъекта. Ведь право собственности у приобретателя вещи возникает с момента ее передачи (п. 1 ст. 223 ГК), а если речь идет о вновь создаваемом недвижимом имуществе, которое нередко используется в качестве предмета залога, обеспечивающего инвестиции, право собственности на него возникает с момента его государственной регистрации (ст. 219 ПС).
В-третьих, только с позиции обязательственно-правового характера залога можно объяснить применительно к залоговым отношениям правило, содержащееся в п. 2 ст. 313 ГК, согласно которому третье лицо, подвергающееся опасности утратить свое право на имущество должника (право аренды, залога и др.) вследствие обращения кредитором взыскания на это имущество, может за свой счет удовлетворить требование кредитора без согласия должника.
В-четвертых, в случае гибели предмета залога залогодатель вправе заменить его другим, равноценным имуществом (п. 2 ст. 345 ГК), Аналогич¬ное правило невозможно представить в отношении имущества, принадле¬жащего кому-либо на вещном праве.
В-пятых, залогодержатель вправе передать свои права по договору о залоге другому липу с соблюдением правил о передаче прав кредитора пу¬тем уступки требования, предусмотренных ст. 382-390. Между тем уступка прав требования - чисто обязательственно-правовой институт. Вещные права не могут передаваться другому лицу в порядке цессии.
В-шестых, только обязательственно-правовой природой залоговых отношений можно объяснить то обстоятельство, что при ликвидации должника (юридического лица), в том числе в порядке банкротства, имущество, служившее в качестве предмета залога, не исключается из общей массы имущества должника (конкурсной массы), а требования кредиторазалогодержателя в обеспеченной части подлежат удовлетворению в приви¬легированную очередь за счет любого имущества должника, в том числе и не передававшегося в залог (ст. 64-65 ГК).
И наконец, в-седьмых, требования кредитора-залогодержателя могут быть удовлетворены лишь путем продажи заложенного имущества на открытых торгах (ст. 350 ГК). Кодекс исключает возможность приобретения залогодержателем права собственности на предмет залога.
Точка зрения на залог как на обязательственно-правовой институт на¬шла адекватное отражение и в судебной практике. В постановлении Пле¬нума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбит¬ражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некото¬рых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского ко¬декса Российской Федерации» содержится разъяснение, в соответствии с которым при разрешении споров суды должны учитывать, что в случае неисполнения должником обязательства, обеспеченного залогом, залого¬держатель имеет право преимущественно перед другими кредиторами по¬лучить удовлетворение из стоимости заложенного имущества. Действую¬щее законодательство не предусматривает возможности передачи имущества, являющегося предметом залога, в собственность залогодержателя. Всякие соглашения, предусматривающие такую передачу, являются ни¬чтожными, за исключением тех, которые могут быть квалифицированы как отступное или новация обеспеченного залогом обязательства (п. 46) [15, 3-8].
В некоторых государствах СНГ возобладали иная позиция, иной взгляд на природу залоговых правоотношений, что, безусловно, вызывает интерес, поскольку исходная нормативная база государств СНГ во многом аналогична, т.к. гражданские кодексы соответствующих государств разра¬батывались на основе модельного рекомендательного акта, рекомендованно¬го Межпарламентской Ассамблеей СНГ. Так, М.К. Сулейменов, Е.Б. Осипов [19], а также Павлодский Е [16] на основе анализа Общей части Гражданского кодекса Республики Казахстан, принятой 27 декабря 1994 г., делают вывод о том, что «спор о вещно-правовом или обязательственно-правовом характере залога должен быть решен в форме признания двойственной природы залога: залог порождает два вида отношений - между залогодателем и залогодержателем и между залогодержателем и вещью, то есть, с одной стороны, залог - способ обеспечения обязательства должника путем установления относительной правовой связи с кредитором, а с другой стороны - непосредственная пра¬вовая связь залогодержателя и вещи. Поэтому залог можно охарактеризо¬вать как вещный способ обеспечения обязательства».
Характерно, что в дальнейшем, комментируя законоположения о зало¬ге, авторы надолго «забывают» о вещно-правовой его сущности и вполне обходятся категориями обязательственного права и вновь возвращаются к вещному характеру залоговых отношений лишь при рассмотрении вопро¬сов, связанных с защитой залогодержателем своих прав на предмет залога. При этом подчеркивается: «В праве залогодержателя «истребовать» пред¬мет залога, выбывший из его владения или владения залогодателя (долж¬ника), наиболее отчетливо проявляется вещный характер права залога... являясь прежде всего правом залогодержателя по отношению к другой сто¬роне залогового правоотношения - залогодателю, право залога в то же вре¬мя защищается от нарушений со стороны третьих лиц и в этом отношении сходно с правом собственности». В своих рассуждениях авторы опираются на ст. 316 ГК Республики Казахстан (в российском ГК - ст. 347), наделяю¬щую залогодержателя правом истребовать выбывший из владения его са¬мого или залогодателя (должника) предмет залога у лица, владение которо¬го этим предметом незаконно.
На мой же взгляд, включение в ГК норм о защите залогодержателем своих прав на предмет залога, наряду с нормами о защите права собствен¬ности и других вещных прав (в Российском ГК - гл. 20), как раз свидетельствует о том, что законодатель исходит из того, что залог не относится к категории вещных прав, иначе к залоговым правоотношениям применялись бы напрямую правила о защите права собственности и других вещных прав. Наделение же залогодержателя правом использовать такой способ защиты, как истребование предмета залога из незаконного владения, объ¬ясняется необходимостью обеспечить защиту права залогодержателя (обя¬зательственного по своей природе) не только от незаконных действий зало¬годателя, но и третьих лиц.
Таким образом, представляется, что можно говорить лишь о распространении некоторых норм о вещно-правовых способах защиты на залоговые отношения, но не о вещно-правовой природе самих залоговых отношений.
Для соблюдения правовых норм залоговых отношений заключается договор залога, который подписывается обеими сторонами и в обязательном порядке должен быть представлен в письменном виде. В этой связи считаем актуальным рассмотреть существенные условия договора о залоге.

Глава 2. Договор о залоге

2.1. Существенные условия договора о залоге

Договор о залоге является важным правовым документом, регулирующим отношения между залогодателем и залогодержателем.
В соответствии с п.1 ст. 339 ГК РФ в договоре о залоге должны быть указаны предмет залога, его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. При отсутствии соглашения сторон хотя бы по одному из названных условий договор о залоге не может считаться заключенным.
Предметом залога является имущество, которое отдается под залог. Например, оборудование, недвижимость и т.д.
Решающее значение имеет оценка предмета залога. Например, в обращении взыскания на заложенное имущество залогодержателю может быть отказано, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства крайне незначительно и размер требований залогодержателя вследствие этого явно несоразмерен стоимости заложенного имущества (п. 2 ст. 348 ГК). Очевидно, что в подобных ситуациях стоимость заложен¬ного имущества должна определяться исходя в первую очередь из оценки предмета залога, содержащейся в договоре [13, 45].
Условие договора, содержащее указание на то, у какой из сторон находится заложенное имущество, также относится к категории существенных, однако отсутствие такого условия в тексте договора не влечет призна¬ния его незаключенным. Дело в том, что Кодекс содержит ряд правил, по¬зволяющих определить данное условие договора и при отсутствии такового в его тексте. Указанные правила сформулированы как в виде императив¬ных, так и диспозитивных норм. Поэтому можно говорить о том, что дан¬ное существенное условие договора залога относится к разряду определи¬мых существенных условий, что исключает возможность при их отсутствии в договоре применять последствия, предусмотренные п. 1 ст. 432 ГК, т.е. признавать договор незаключенным. В подобных ситуациях соответст¬вующее условие договора считается согласованным сторонами исходя из содержания императивных норм либо путем умолчания, означающего со¬гласие с нормами диспозитивными.
Следующие три существенных условия договора: существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом, относятся, собственно, не к отношениям, вытекающим из залога, а к основному обязательству. В этом смысле некоторой спецификой обладает лишь условие о размере исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом.
Размер исполнения основного обязательства передаваемым в залог имуществом должен определяться договором. Если же договор залога соответствующего условия не содержит, считается, что залог обеспечивает требование залогодержателя в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения (ст. 337 ГК). Таким образом, в объем требований кредито¬ра, погашаемых за счет выручки от продажи заложенного имущества, по¬мимо собственно суммы долга должны включаться суммы, составляющие проценты, неустойку (штраф, пени), возмещение убытков, образовавшихся в связи с неисполнением должником своего обязательства, а также допол¬нительные расходы залогодержателя, понесенные им в связи с обращением взыскания на заложенное имущество. Следовательно, данное существенное условие относится к категории определимых условий договора, т.е. его от¬сутствие в тексте договора не влечет признания последнего незаключенным.
Что же касается двух других существенных условий, относящихся к основному обязательству: существо обязательства и срок его исполнения, то с точки зрения юридической техники они могут быть сформулированы лишь путем дублирования соответствующих условий, содержащихся в ос¬новном обязательстве. На практике стороны договора залога нередко, не дублируя соответствующих условий из основного обязательства, в тексте договора залога просто отсылают к основному обязательству, в обеспече¬ние которого заключается договор залога, и зачастую создают для себя неразрешимые проблемы. Не следует забывать, что в данном случае речь идет о существенных условиях договора залога, который в силу этого может быть признан заключенным лишь при достижении сторонами соглашения по указанным условиям [3, 24-27; 5, 36-49].
Судебная практика выработала дифференцированный подход к двум различным ситуациям: во-первых, когда залогодателем является должник в основном обязательстве; во-вторых, когда в качестве залогодателя выступает третье лицо.
В первом случае, когда залогодателем является должник в основном обязательстве, условие о существе и сроках исполнения обязательства, обеспеченного залогом, признается согласованным, если в договоре залога имеется отсылка к договору, регулирующему основное обязательство и содержащему соответствующие условия. Такое разъяснение содержится в постановлении Пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996г. №6/8 и представляется совер¬шенно оправданным. Ведь стороны договора залога: залогодатель и зало¬годержатель - уже выразили свою волю при заключении основного обяза¬тельства, где они являются соответственно должником и кредитором. При этих обстоятельствах отсылка к ранее согласованным условиям основного обязательства вполне достаточна, чтобы признать существенные условия договора залога о существе обеспечиваемого залогом обязательства и сроке его исполнения согласованными.
Во втором случае, когда в качестве залогодателя выступает третье лицо, отсылка в тексте договора залога к основному обязательству, им обеспечиваемому, не может быть признана выражением воли залогодателя -третьего лица, не являющегося стороной в основном обязательстве. Отсутствие в договоре залога существенных условий о существе основного обя¬зательства и сроке его исполнения влечет признание его незаключенным [1, 504-544].
Исполнение договора залога заключается в принятии мер, обеспечивающих сохранность заложенного имущества; соблюдении установленных законом или договором правил владения, пользования и распоряжения предметом залога; и наконец, в обеспечении обращения взыскания на заложенное имущество в порядке, определенном законом или договором. В рамках этих общих обязанностей сторон по договору залога залогодатель и залогодержатель должны выполнять конкретизирующие их требования, установленные законом, а также исполнять обязанности, кото¬рые могут быть самым детальным образом регламентированы договором залога.
Общее требование к форме договора залога состоит в том, что он должен быть заключен в письменной форме. Вместе с тем договор об ипо¬теке всегда подлежит нотариальному удостоверению. В такой же квалифицированной форме (нотариальное удостоверение) должны заключаться до¬говоры о залоге движимого имущества или прав на имущество, которые служат обеспечением обязательств по договору, требующих нотариального удостоверения. Однако требования к оформлению договора ипотеки этим не ограничиваются: помимо того, что указанные договоры удостоверяются нотариусом, они также подлежат и государственной регистрации, как и любая другая сделка с недвижимым имуществом (ст. 131 ГК). Несоблюде¬ние квалифицированной формы договора о залоге, когда требуется его но¬тариальное удостоверение, или правил о государственной регистрации до¬говора залога влечет его недействительность [7, 58-77].


Скачать полную версию работы.


Получить СМС код


Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
 


 
Авторизация
Статьи
Архив
Рефераты
Дипломы
Курсовые
Голосование
Как Вы относитесь к взяточничеству в сфере высших учебных заведений?
1) Хорошо, это помогает тратить меньше сил на получение высшего образования
2) Нейтрально, мне все равно
3) Негативно, коррумпированность преподавателей мешает государству получать квалифицированных специалистов.

Спонсоры